В Вашей корзине:
На сумму:
Оформить заказ

• ???????
• Lysenko Viacheslav
• Aleksandr
• tarianz
• Mayor61
• vfqjh61
• Alexandr
• painterror
• sharpsmasher
• dalalanim

• Обсуждаем лодки Корсар!
• Технические характеристики лодок
• общие темы
• ОБЩИЕ ТЕМЫ
• ОБЩИЕ ТЕМЫ
• Прямой эфир с нашего сайта
• Предлагаю здесь обсуждать лодки разных производителей!
• Друзья! Здесь обсуждаем вопросы Заказа, Оплаты и Доставки!
• Друзья! Предлагаю здесь обсуждать моторы "Белуга".
• Друзья! Предлагаю здесь обсуждать лодочные моторы.

*Корсар – (фр.сл.), морской разбойник, грабивший суда враждебных государств на основе патента, полученного от правительства (в виде каперской грамоты), охранявшей его при встрече с дружественными военными кораблями и переводящим его в разряд военнопленных из категории разбойников, если он попадал в плен.


Корабли и суда Корсаров* всегда выделялись среди прочих мореходностью, маневренностью, скоростью. От этих качеств зависел не только успех в их ремесле - догнать вражеское судно, ограбить и вовремя скрыться, но и жизнь. Поэтому морские разбойники не жалели средств на совершенствование и снаряжение своих судов. Будучи отличными мореходами, они знали в этом толк.

Команда “Korsar”, ни кого не грабя, постоянно совершенствуя свои лодки, испытывает их в различных условиях. На сей раз в походе на надувных лодках от р. Фонтанки, г.С.-Петербург до Соловецких островов и обратно, всего чуть более 2000 км (двух тысяч километров).

Итак. Удача с Нами!
Собираем две лодки:

- “Korsar” – Komandor 470
- “Korsar” – Roger 570 (новая модель RIB)

Ставим моторы Yamaha 40 и 50 л.с. Почему их? Большие моторы тяжелее и “прожорливей”, меньшая мощность не даст глиссировать лодкам груженым по 700-800 кг., да и в шторм будет тяжело преодолевать 2-3 метровые валы.

Грузимся. Бензина по 200 литров (в баки), моторное масло (в канистры), инструмент, оборудование, снасти, продукты и вещи (в непромокаемые ящики и мешки), чтобы быть максимально автономными. Соловецкие острова находятся у полярного круга, и мы берем с собой теплые вещи. Поверх всего крепим надувную кровать в чехле: экипаж в лодках - по двое, и свободный от вахты может на ней отдыхать. Без дозаправки мы можем идти, что-то около 400 км. Курс по электронным и бумажным картам проложен, составлены судовые роли. В путь!

Перед нами Фонтанка, Нева, Ладожское озеро, река Свирь, Онежское озеро, Белое море и обратная дорога.

“Отплызд” назначен на 08:00, отходим в 13:00. Скорость “Роджера” 35км/час вместо ожидаемой 45-50 км/час. Перемещаем часть груза с кормы на нос и поднимаем мотор на два деления - пошла родимая, скорость обеих перегруженных лодок около 45 км/час против течения Невы. Встречаем и обгоняем теплоходы, баржи, сухогрузы, несколько катеров и яхт, через пару часов крепость “Орешек”. Туристы с причала глазеют на нас, занятых навигацией.

Вышли в Ладогу. Поздоровались, - “Здравствуй Ладога”. На озере полный штиль. Нам везет! Без труда, ориентируясь по навигатору GPS, огибая рыбацкие сети, заросшие водорослями участки и другие препятствия, проходим 140 км рекомендованным курсом, удаляясь от берега на 20 км и более. Один раз долив масло, (по сигналу моторов) и пару раз, переключив баки с горючим. Входим в устье реки Свирь.

Уникальная река! Природу здешних мест сформировали крупнейшие в Европе Ладожское и Онежское озера и огромные массивы таежных лесов. Люди здесь селились еще 5000 лет назад. Славяне освоили эти места в поисках новых торговых путей - Свирь всегда была рекой судоходной, но порожистой. Она входит в состав Мариинской водной системы, названной в честь Марии Федоровны, супруги императора Павла I; работы по созданию пути от верховьев Волги до Балтики начались в годы его царствования. После постройки в 1951 году Верхнесвирской ГЭС, вода в некоторых местах поднялась на 10 м, скрыв не только пороги, но и отдельные территории. И сейчас во многих подтопленных местах из воды торчат стволы деревьев, поэтому весь путь в 224 км по Свири мы стараемся держаться фарватера, отмеченного навигационными знаками.

Несемся по зеркальной глади извилистого русла, приглядывая место для ночлега. Мошкара, порхающая над водой, молча разбивается об наши проносящиеся физиономии. Тормозим у маленького островка, отделенного протокой от берега, заводим за него лодки, швартуемся к мелким деревьям. Выгружаем все необходимое и располагаемся на песчаном пляже, в 30 м от воды. Убеждаемся, что при прохождении судов по фарватеру в 100 м от нас, лодки “колбасит” умеренно. Палатки установлены, вещи разложены, на костре “кок” варит первую кашу. Что-то сыпет в котел (уже стемнело – нам не видно), что-то кладет из разных баночек, все это помешивает, и что-то тихонечко бухтит, – колдует с матерком над костерком (мы ему не мешаем).

- Ну, все! Вашу мать! Готово! Садитесь кушать, пожалуйста!

Приглашению кока обрадовались. В наполненных мисках было что-то горячее, аппетитно пахнущее, не жидкое – не густое, не крепкое – не пустое. “Пашина каша” - так назвали блюдо в честь автора, которое довольно быстро кончилось с лучком и хлебушком, под водочку. Спать легли, кто в палатке, кто на надувной кровати под звездным небом. Решили встать в 08:00 - отчалить в 10:00.
Проснувшись в 10 от явно озабоченного и громко повторяющегося вопроса: “Кто упаковывал туалетную бумагу?”, подумалось: “А действительно, кто?” Все вместе искали не долго... А после разворачивали и снимали лодки с мели, куда их ночью забросили волны и перепад уровня воды, поднимаемый судами, которые расходились бортами именно напротив нашей стоянки. С “Роджером” пришлось повозиться, ведь в него поместилось чудовищное количество вещей, которые очень уж не хотелось выгружать и снова загружать. Конечно же ленивых в команде не было. Через несколько минут убеждаемся в правильном расположении ручек и в надежности днищ лодок, перетащив вчетвером каждую из них (в сборе, с мотором и груженую) в воду. Водные процедуры принимала только половина команды, вторая была уверена в том, что она чистая. Дебатов по этому вопросу не было. Завтракали вкусно – толстыми кусками порезанный дырявый сыр, караваистый хлеб и правильно приготовленный на “живом” огне кофе. Далее недолгие сборы и отход в 13:00. Движение на реке оживленное: теплоходы с туристами, сухогрузы, танкеры, частные кораблики, яхты, катера и просто гребные лодки. Довольно часто люди машут руками с борта, приветствуя нас, отвечаем тем же. 45 км до городка Лодейное Поле отняли чуть более часа. Здесь наша первая заправка. Останавливаемся у причала с плавучим краном. Местный житель Володя за 100 рублей загрузив, пять пустых наших баков в “Жигули”, вернулся через полчаса с бензином Аи95 в сопровождении нашего матроса.

- Так, Вы обращайтесь, если что,- предложил он.
- Спасибо, на обратном пути непременно, - отвечаем. Лодейное Поле. В начале XVIII века Петр I основал здесь Олонецкую судоверфь, где сам принимал участие в строительстве первых судов. Именно тут формировались первые боевые флотилии, готовились к сражениям, ремонтировали суда. Всего в 17 километрах отсюда находится Александро-Свирский Монастырь, основанный в 1484 году Преподобным Александром Свирским. Просветлится, решаем позже, посетив Спасо-Преображенский монастырь и Свято-Андреевскую пустынь на Соловецких островах. Двигаем дальше. Через пол часа нам преграждает путь высокая бетонная стена с воротами. Что за дьявол? Так здорово шли! Что здесь понастроили? Шлюзы. Подходим вплотную на лодках к стене и вежливо орем:

- Открывай!

Не отвечают – невежливо! Швартуемся у надписи “Причал для маломерных судов”, матрос пошел узнать: “В чем дело?”. Оказалось дело в следующем: мы должны войти внутрь шлюза за двумя сухогрузами, стоящими рядом на якорях и швартоваться петлей, чтобы нас не потопил заклинивший рым, который должен всплывать вместе с нами. О’кей, нет проблем. Заходим за сухогрузами, швартуемся. Крик сверху:

- Вы когда нибудь шлюзовались?
- Конечно! - дружно отвечаем.

Переглянувшись, понимаем, что в команде лгунов нет. Огромные ворота за нами закрылись и мы вместе с сухогрузами стали медленно подниматься вверх, а бетонная стена, утопая, скользила вниз. Этот процесс нельзя назвать всплытием, ведь мы не тонули прежде. Это шлюзование! Рым не заклинило и через 15 минут мы оказались на верхнем уровне реки, противоположенные ворота открылись и сухогрузы медленно начали выползать из бетонного мешка. Бурлящие потоки воды от их винтов пытались развернуть наши лодки, но мы легко вышли из шлюза, ни разу не задев его шершавых стен. Все мероприятие заняло не больше часа.

Река наверху шире в несколько раз. Присутствует небольшая встречная волна. Поражает глубина и насыщенность окружающих нас красок: чистейшей синевы вода с белыми барашками волн, необыкновенно густые тона зеленого от елей и сосен с игрой полутонов листвы берез и осин. Все это смотрит в высокое и чистое сине - голубое небо, отражаясь в наших глазах. Такие картинки не сотрешь!
Двигаем дальше. Красивые деревушки сползают к реке, садики, огородики, коровки пасутся на пойменных землях, рыбачки местные то тут, то там сидят с удочками – кайф! Второй шлюз прошли с теплоходом полным иностранных туристов. Немцы, итальянцы, шведы, финны очередями фотографировали нас и лодки, которые с удовольствием позировали им, показывая свои изящные формы! И впрямь есть, что показать. “Komandor” восхищает точеными угольно – черными обводами с красным привальным брусом и свисающими леерами вдоль всего борта. Стальная стойка плотно обвязана манильским канатом и смотрит вперед двумя глазами – фарами. Транец венчает 40 сильный мотор, который готов нести этого “дикого мустанга” куда угодно по водным просторам. Удобное кожаное сидение и спортивный руль подчеркивают стиль и характер этой лодки. Темно красный кевларовый корпус “Роджера”, крепко обнимают крупные литые черные баллоны, которые сочатся кровавым привальным брусом и рельефным усилением вдоль всего борта. Черный леер удачно подчеркивает основную линию этого судна. Над 50 сильным мотором, блестит стальная стойка с навигационными огнями. Фирменные флаги над лодками чуть колышутся, готовые расправиться и закричать: “Korsaaarrr!!!” Мы довольные происходящим, тщетно пытались узнать, что у туристов сегодня на ужин, – бедолаги не знали даже, что им готовят на камбузе. Пройдя за день по реке около 180 прекрасных километров, решили искать место для ночлега. Пару раз ошибались: лодкам причалить можно, но палатки ставить негде. Либо бурелом, либо болото. Выбор остановили на красивом мысе рядом с фарватером. Место продуваемое ветром, значит комаров не будет. Дрова можно набрать неподалеку в лесу. Лодки ставим в небольшой заводи, имеющей ограждение из огромных валунов. Палатки, вещи, дрова, костер – все знакомо. “Командоры” легли спать в палатке, команда “Роджера” под открытым небом, комфортно расположившись на треть сдутых кроватях (так они мягкие, как перина, в них засыпаешь моментально, укрывшись походным одеялом).

“Открылась бездна звезд полна,
Числа нет звездам, бездне - дна”.

Здорово! Огромное звездное небо таежный воздух, плеск набегающей волны и легкий ветерок, – лучшие няньки для взрослых дядек. Провалившись из реальности в сон, где мы - французы в пиратских одеждах, на кораблях и под парусами, играем почему-то в футбол. Причем общаясь, друг с другом только криком. Чем громче, тем понятнее. Конечно, мы русским проиграли...

Громкие крики втащили сознание в реальность. Орал матрос с “Роджера”:

- Полундра! Лодку!.. Украли!..

В 30-и метрах от берега, на волнах покачивался “Komandor”. Матрос уже плыл к нему с огромным желанием взять на абордаж и наказать ворюг! Но в лодке ни кого не было. За две-три минуты до этого два больших судна расходились здесь бортами (фарватер в 50 м), разогнали волну и та выплеснула не закрепленную швартовом лодку через валуны в реку. Командование отметило поступок матроса и пожурило команду “Komandor” за головотяпство. Лодку вытащили на берег, надежно привязали и легли спать, решив уйти пораньше.

Ранним утром солнце доконало. Пожалев, что спишь не в палатке, пришлось вставать. У костра колдовал весело кок: “Положу туда крупы, да из баночек ботвы, смеси из пакетика, лука, сольки, перчика, охапку дров и суп готов!”.

- Нескладно!
- Зато вкусно и сытно!
- Проверим.
Наплескавшись на маленьком пляже, уминаем похлебку, нахваливая повара, который начинает краснеть. Затем десерт – пряники с чаем.
- Свою посуду каждый моет сам! – громко заявляет кок и этим все портит.

Далее одиночные прогулки по лесу и просто праздные шатания, стрельба по пустым банкам из ружья. Затем снова чай с пряниками и отходим в 13:00.

Несемся по попутной волне, срываясь с гребней. Здесь Свирь разлилась широко, Ивинский разлив - в стороне от фарватера видны торчащие из воды стволы деревьев. Внимательно следим по курсу, чтобы не наскочить на препятствие. “Roger” идет ровно, разрезая волну жестким пластиковым V- образным днищем красного цвета стабильно лежит на курсе и слушается руля. Практически нет необходимости все время держать штурвал, переложив курс, можно спокойно отпустить его и это на скорости 50км/час! Такая прогулка совсем не утомляет и дает возможность наслаждаться ею. Из-за поворота показался поселок Вознесение, стоящий на Свири у самой Онеги. Название ему дала церковь Вознесения Господня, которая находилась на правом берегу и сгорела во время Великой Отечественной войны. Причаливаем ближе к дороге, чтобы была возможность легче перегружать наполненные бензином баки. Здесь следует заправиться под завязку, следующая заправка в Медвежьегорске – 250 км, (по прямой и в штиль). Грузим пустые баки в “Жигули” и матрос с местным жителем отправляется на заправку. Через пол часа, привезли полные баки Aи92, а водитель ни в какую не желает брать денег – вот дела!

- Денег не надо! На обратном пути прошу ко мне! Не стесняйтесь. Помогу! - говорит добрый человек.
Доброте рады, хотя и удивлены немало.

А перед нами Онежское озеро... Надежная конструкция лодок и категория эксплуатации “C”, позволяет нам проложить кратчайший путь, максимальное удаление от берега 20 км, скорость 35-50 км/час, в зависимости от ветра и волнения. С юга на нас идет шквал! Огромные низкие свинцово черные тучи, сопровождаемые громом, быстро приближаются к нам. Не дожидаясь, когда из них что-то посыплется, двигаем в сторону Онеги. Сначала всюду застучали тяжелые, крупные капли, словно предупреждая: “Всем стоять!”. Затем шквалистый ветер и ливень сплошной стеной, буквально заставил нас остановиться, из-за потоков воды, мы потеряли друг друга из виду. Еще несколько сот ведер воды на головы, затем нас угостили градом ледяного гороха, который не сыпался, а буквально бомбил нас. Это поистине потрясающая картина: ярко белые, крупные ледяные градины, с огромной скоростью выстрелянные из черной тучи врезаются в свинцовую воду, поднимая фонтан брызг высотой сантиметров 20-30, обстреливают нас и лодки, рикошетя, далеко отскакивают от надувных бортов. Втянув головы в плечи, мы наблюдаем этот беспредел. Добротные непромоканцы надежно спасают нас от потоков воды, но они не могут укрыть нас от этой бомбежки. Все кончилось, как и началось, неожиданно. Дождь продолжал идти, но довольно мелкий. Мы медленно двинулись к месту, откуда пол часа назад отошли, чтобы подсчитать потери и дать возможность шквалу уйти подальше от нашего курса. Это не было капитуляцией – всего лишь передышка, перед броском.

- Потрясающее зрелище, никогда такого не видел, обалдеть! - говорил взволнованно матрос, сияя фингалом под глазом. Глаз был подбит нерукотворно.
- Что у тебя с глазом?
- А я смотрел наверх, такая красота!
- От которой не увернешься.

Убедившись, что других потерь нет, двигаем в Онегу. На полной скорости проходим осевой буй и, перед нами просторы озера. Синева воды до горизонта - тучи остались справа и сзади, волнения почти нет. Небо живо меняет свои картины из белых облаков, давая солнцу правильно и красиво подсветить их: удивительные города с башнями, стада нестриженых белых овец, палитра юного художника, у которого краски только двух цветов – белого и синего. Затем появляется рваная свинцовая туча. Пытаясь нас напугать, она спускается ниже, но, пробитая в нескольких местах лучами солнца, оставляет эту затею. Сзади за горизонтом скрылась полоска земли, от которой мы отошли около часа назад. Решили сделать остановку, перекусить, оправиться и прочувствовать дыхание Онеги. Швартуем лодки бортами посреди озера. Сыр, хлеб, квас и... Ну здравствуй Онега! Немного подкрепившись, двинули дальше. По курсу на горизонте показался берег. Это Клименецкие острова, до них около 25 км, держась их крайней правой точки, приближаемся к ним, далее идем между малыми островами, подыскивая место для ночлега. Нашли очень маленький остров, метров 50 на 50 м. Вода в этих местах необыкновенно прозрачная, сквозь 10 – ти метровую толщу просматривается дно. Лодки втащили на галечный берег, не боясь их повредить и занялись биваком. На островке была даже маленькая банька по черному, построенная, видимо, рыбаками. Она представляла собой большой фанерный короб с окном из полиэтиленовой пленки и обложенным камнями кострищем внутри. Камни следовало раскалить и поливать водой. Но сегодня не банный день и топить мы не стали. Разместившись, занялись рыбалкой, но поскольку в этом ремесле никто не понимал, ужинали тушенкой с гречей, убеждая себя, что лучшая рыба - это колбаса. Уснули просто отвернувшись, сны не смотрели, надоели они...

Утро подарило хорошую, слегка ветреную погоду. Пробуждение проходило медленно, но верно. Вода в озере необычайно мягкая, и намывать в ней себя – просто блаженство. Слюна начала выделяться на охотничью колбасу с темным хлебом и крепким чаем. Но повар-философ удивил всех сладкой рисовой кашей. Необитаемый остров, какие-то дебри, взрослые дядьки и сладенькая кашка. “На рею его за такое меню!” – взбунтовалась команда. Кашевар мыл посуду за всех. Как водится у пиратов, спрятав каждый свой клад на острове, двинули дальше.

Поистине потрясающие места открылись нам: изрезанная фьордами акватория, острова с песчаными пляжами и сосновым лесом, высокие березы стоящие сплошной стеной у самой воды. Все это и мы отражаемся в волшебном зеркале Онеги – копия, не уступающая оригиналу. Природа восхищает и удивляет. 100 км пролетают незаметно, справа остается Беломоро-Балтийский канал, впереди Медвежьегорск. Решаем обзавестись медведем, но, высадившись на шикарный песчаный пляж, узнаем, что город назван в честь похожей на медведя горы, находящейся рядом.

- Зачем нам гора? Нет, нам гора не нужна!

Матросы пошли искать машину до г. Кеми, в которую поместятся лодки, как есть: RIB “Roger”, судно не разборное, так и “Komandor” разбирать ни к чему. Железная логика! Идею пройти 220 км Беломорканалом мы оставили сразу из-за шлюзов, которых там около 20. В лучшем случае это заняло бы трое суток, да обратно столько же – считайте сами! (Ночью проходить шлюзы маломерным судам запрещено). Тем временем наше внимание привлекли серебристые рыбины, выскакивающие из воды всего в 50-и метрах от берега.

- Что за чудо природы?
- Лосось, - ответил местный рыбак, снаряжая “надувнуху”.
- И часто это у Вас так?
- Не так чтобы часто. Каждый день.

Шутку оценили и сглотнув слюну, двинули на лодке за ним. Сотый раз впустую кидая блесну в воду и наблюдая, как абориген таскает на зимнюю удочку одну за другой серебристых рыбин из той же воды, понимаешь: в ремесле рыбака совершенно нет романтики. Вернувшись, матросы сообщили, что местный транспортный воротила, он же кандидат в депутаты (по городу расклеены его портреты с лозунгом “Сгорая сам, свечу другим”), объявил нам цену. Цена - как до Луны! Слова “чувство локтя”, “помощь”, “поддержка”, “мы-же-Россияне”, “статья в журнале”, “Капитан Клуб”, не возымели действия. Деньги заплатили.

В 20:00 стропы портового крана, чуть вдавившись в твердые надувные борта, вытаскивали наши перегруженные лодки из воды, вместе с моторами, командами и укладывали в шаланду для перевозки леса. Материал и прочность швов позволяет проделывать это, не беспокоясь, что надувная конструкция сложится, лопнет или разорвется, высыпав содержимое в воду. Конечно, можно было не удивлять местных работяг надежностью надувной лодки, а перегрузить все вручную. Но мы решили дать им заработать по 100 рублей. Команда всегда отличалась своей щедростью.

Заехав на заправочный пункт под 95-й бензин на КАМАЗе, для заправки наших баков, не мало удивили ее работников. В Кемь - поистине убогое место - прибыли в 2-а часа ночи. Шаланду ставим под кран лесовоза из Архангельска, ребята перегрузили наши лодки в черную воду реки Кемь, насладившись альтруизмом. Привязываем лодки к сгоревшему причалу. Отлив. Лодки находятся в метрах пяти ниже настила. Достали спальные мешки и устроились прямо на уцелевших досках. Здоровый молодецкий сон боролся с утренним пробуждением отважно, но проиграл со счетом 0:4.

10:20 – полный прилив и в первый раз мы отходим почти вовремя. До Соловецких островов 45 км по прямой - час по Русскому морю. Волна небольшая и мы несемся по гребням. Справа острова Русские Кузова, минут через 20 хода на горизонте появился Соловецкий архипелаг. Впереди справа увидели всплески воды и серебристо-серые туловища – это дельфины белухи, гоняют треску. Краски мастера нарисовавшего все вокруг холоднее и размытее, чем те которые мы наблюдали ранее; видимо здешний художник пишет больше пастелью.

Сначала показались башни Соловецкого Кремля, затем, в бухте Благополучия, открылась вся панорама Спасо-Преображенского Соловецкого Монастыря. Пройдя извилистым фарватером к пристани, швартуемся рядом с судами, которые привозят сюда туристов.
Славу этим островам принес мужской монастырь, основанный преподобными Зосимой, Савватием и Германом чудотворцами в XV веке. С тех времен Соловки – это, прежде всего, монастырь. В 1923-1929 гг. в монастыре размещалось I отделение Соловецкого концлагеря, где томились в заключении священномученики и другие страстотерпцы. В летописи обители вписаны имена многочисленных святых и подвижников. С 1990 года определено восстановление монашеской жизни в монастыре. Героическая и трагическая его история, уникальная архитектура, суровые условия Севера привлекают сюда не только туристов, но и много известных людей.

Немало удивив местных жителей, кто мы и как здесь, заказали в торговой палатке скромный завтрак:

- Нам, пожалуйста, сестра, пирогов разных, курей жаренных, рыбы вкусной, пива холодного и что у вас есть на горячее! – сделал заказ брат – матрос, в миру повар – кок и просто на все руки мастер.
- Сколько? - спросила местная красавица Анна, стоявшая за стойкой.
- Так, все по четыре неси, голуба, - ласково так, уточнил матрос.

Ели громко, гордясь собой. Затем звонили родным и не родным по NWGSM. После еды заказали баню у местных пожарных по 50 рублей в час за всех (божеские цены). Намывшись и напарившись, пошли вкушать духовную пищу. Новый знакомый, ученый из Питера взялся показать нам Монастырь. Проникнув внутрь через потаенную дверь, оказались за стенами выложенными из огромных валунов. Успенский собор с Трапезной и Келарской палатами, Спасо-Преображенский собор, храмы Благовещенской Пресвятой Богородицы – везде ведутся строительные работы. Работает братия, послушники и наемный люд – строят, штукатурят, белят, красят, в общем, приводят в божеский вид то, что разрушалось годами. Поднялись по крутым лестницам Спасо-Преображенского собора, прошли по его коридорам и залам. Перед образами матросы пали на колени и давай бить поклоны, осеняя себя крестами. Видимо, не одна загубленная душа на их совести, не один грех в их темных душах. Но Бог милостив, простит и отпустит грехи, и просветленные заживут они новой праведной жизнью. Аминь.

Поставив по зажженной свече перед образами, пошли далее. Залы, келии, переходы, лестницы, овальные своды стен, бойницы – все сделано основательно и на века. Монастырь выдержал все вражеские нападения. Да, настоящие мужики здесь трудились, бились с врагами, выживали... Низкий поклон им от нас. Крепко зауважали мы этих людей и загордились ими.

Рассыпая не литературные эпитеты, вышли через главные ворота к Морскому доку Монастыря. Там стояло несколько яхт и катеров. Местный МЧС разъезжает здесь на лодках “Stringer” и на вопрос: “Как лодки?”, отвечают: “Никак, требуют доработки”. Уточнив, какой доработки, узнали у них об интересных здешних местах и возможности их посещения. Оказалось, что МЧС здесь несет, не только функцию спасателей, но и имеет полицейские полномочия: запрещает, разрешает и наказывает. Причем последнее, по словам местных жителей, исполняется незамедлительно: – штраф и выдворение с острова “без шуму и пыли”. Ребята патрулируют акваторию, ловят браконьеров и просто нарушителей правил: палатки ставить в отведенных местах, монастырь посещать с группой, рыбу сетями не ловить, зверей и птиц не стрелять, в лес не ходить, костры не жечь и прочее… И действительно есть что охранять: рыбы полно и в море, и в пресных озерах острова, соединенных силами монахов между собой каналами. Стадо оленей пасется на соседнем острове. Тюлени и дельфины белухи плещутся в местных водах. Леса необычайно богаты ягодами и грибами. Повсюду исторические, археологические и природные ценности... Получив необходимые разрешения и узнав, что здесь стоит посетить, тащим лодки по осушенному отливом каменистому дну бухты к воде, которая то есть, то ее сразу нет и неизвестно когда дадут. Решив заночевать у Белужьего мыса (он в 10 км), прощаемся с новыми знакомыми и отчаливаем.

Выйдя из бухты Благополучия по фарватеру, приняли вправо и, держась в 2-3 км от берега, чтобы не наскочить на подводные камни, которых здесь в изобилии, идем по попутной волне. Корги – так здесь называют каменные отмели - далеко вдающиеся в море. Увидев на берегу домик, решаем подойти. Но сделать это во время отлива не просто даже для наших лодок. Вода чистая и прозрачная, но даже в километре от берега ее не более, чем по колено! Глушим и поднимаем моторы, лодки тянем к берегу в обход огромных валунов, которые скоро скроет прилив. Нарастив швартовы, привязываем лодки за огромные сосны.

Чтобы приготовить горячий ужин, понадобилась вода, а в море она оказалась неожиданно соленой и матрос отправился в лес искать ручей или одно из сотен пресных озер. Обустроившись, заглянули в лес. Грибов действительно много, но что с ними делать было не ясно. На языке вертелось: “Грибы, грибочки, грибчики с …”, но они были не в тарелочке с лучком под растительным маслицем, а живые и в приподнятом состоянии...

Который раз прогорел костер, стемнело, а матроса все не было. Вслух высказывались разные предположения:

- Он ушел за водой в мужской монастырь и принял постриг.
- Его съели дикие звери.
- Его забодали самцыы-олени.
- Он наткнулся на женский монастырь, построенный здесь тайно.

Последнее предположение было чудовищно! Но все оказалось банальнее - матрос просто заблудился, плутал по лесным дебрям, залезал на высокие сосны и, в конец измученный, вышел к нам без воды, сообщив, что на другом краю острова вода также соленая. Спать легли голодные.

Прилив, конечно, мы проспали, и голодные опять тащили свои лодки чуть меньше километра, но уже от берега и в дождь. Когда днища нагруженных лодок перестали шоркать морское дно, взяли в руки весла и мощными гребками вывели их с мелководья. Конечно, проще было бы устроить прилив, но в команде никто не боится физической работы. Домчав до знакомого места, съели в торговой палатке почти все. Сытые, быстро позабыв о злоключениях, беседовали с прибывшими туристами, которые узнали нас по лодкам и флагам, прочитав о наших прошлых походах в журналах. Забегая вперед, хочется отметить, что это был не первый случай в походе, когда совершенно сторонние люди подходили к нам, интересовались и желали удачи. Популярность приятна!

Подошел знакомый ученый, и мы решили продолжить осмотр достопримечательностей. Очень уж хотелось попасть в Свято - Андреевскую пустынь на острове Большой Заяцкий, где в 1702 году Петр I приказал построить на высоком берегу деревянную церковь в честь св. Апостола Андрея Первозванного, к чему и сам “руку приложил”. В этой церкви он освятил Андреевский бело - голубой флаг, под которым позже врагов крушил.

Ученый садится в лодку “Роджер” и мы, получив разрешение на посещение этого острова, двигаем туда. Погода обычная поморская – моква и ветрище. Волна разгулялась, но мы быстро преодолели расстояние в 10 км и вошли в каменную гавань, построенную еще в XVI веке. Нас встречает вахтенный МЧС; передаем ему разрешение, и он объясняет нам правила нахождения на острове: ходить только по тропам, зайцев не ловить, ничего не трогать и т.д. В первую очередь идем к деревянной 300 – летней церкви, которая чудом уцелела, хотя ее не раз грабили французы и англичане, осаждавшие Соловецкий монастырь. Святое место. Ставим свечи перед образом апостола Андрея Первозванного и благодарим его за покровительство в прошлых, настоящих и будущих наших плаваниях. Батюшка освятил наш флаг. И мы искренне радуясь нахождению в месте, с которого начиналось становление российского флота и его грядущие победы, решили обойти весь чудо-остров. “Каменные лабиринты” – еще одна загадка времен II – I тысячелетие до н.э., над которой ученые ломают головы по сей день. Неглубокие траншеи, шириной 40-50 см, имеющие особую форму круга - лабиринта, слегка напоминающую спираль.

- Это Цель! - уверенно определил матрос.

Никто не возражал. Ведь “Цель” нами достигнута. Разгадав загадку тысячелетий, направились к святому источнику, дивясь местными карликовыми березками и сосенками. Вода в колодце действительно оказалась вкусной, искусно сложенный терем и ладно изготовленные ковш с ведром добавили колорит в общую картину. Окончательно просветлившись, решаем оставить чудный остров и направиться к островам Русские Кузова, что в 20 км. Через полчаса, застегнув костюмы на все молнии и клапана, мчим на полной скорости по 2-х метровым волнам Белого моря, стараясь не срываться с крутых гребней, а соскальзывать чуть лагом, беря на время скольжения право или лево руля. Шумахер отдыхает! Взлетая на идущую впереди волну, мгновенно соображая, в какую сторону дать руля, чтобы винт не хватанул воздуха, несемся, обгоняя друг друга. Между островов волнения нет, но мы сбавляем скорость, опасаясь поцарапать подводную скалу нашими крепкими днищами. Справа команда на катамаране заняла пляж из белого песка. Решаем не тесниться, продвигаясь в глубь островов. Берем правее и сразу узнаем свое место, хотя нам только предстоит там высадиться.

Шикарный золотой пляж с мелкими деревьями у скал. Причалив, начали обживать новые владения. Надежно привязав лодки, натянули тент и веревки для сушки одежды. Разожгли сразу два костра – слишком много одежды оказалось влажной. Смекалистый матрос предложил матросу Бывалому поносить свой мокрый свитер, чтобы тот просох на нем. В ответ последовало предложение любой мокрой вещи на выбор. Помощь и взаимовыручка в команде часто помогают в сложных ситуациях плавания. Во время сушки, прогорела надувная кровать одного из матросов – вся команда помогала советами:

- Теперь ее можно использовать, как коврик.
- Или как гамак, привязав канаты.
- Набить ее соломой или мхом.

Вода нашлась недалеко в роднике, и ужин, скрашенный мужской беседой о женских монастырях и лабиринтах, затянулся заполночь.

Утром, сняв лагерь, двинули в Кемь, где нас должен был ждать КАМАЗ. Быстро пройдя знакомый путь между островами, спешим удалиться от берега, чтобы разыгравшаяся волна не бросила лодки на скалы. В шторм, берег опаснее, чем открытое море, где волны более пологие, и, имея опыт, можно запросто двигаться в нужном направлении. Предельная внимательность необходима, если входишь в зону “толчеи”, когда встречаются огромные волны разных направлений, но одинаковой силы. Они возникают хаотично и непредсказуемо, лодки взлетают и проваливаются совершенно неожиданно. Их кидает в стороны, держать приличную скорость в таких условиях становится опасным, и мы снижаем ее на треть, стараясь не трогать руль, чтобы сохранять скорость на курсе и иметь достаточно мощи противостоять стихии. Лодки ведут себя великолепно. Большие баллоны высокого давления у “Командора”, влитая(???) палуба и мощный транец дают прочность всей конструкции, а пять отдельно накаченных камер делают не потопляемой лодку, принимающую на себя энергию волн.

Лодка способна нести мотор силой в табун 50-ти лошадей, мощь которых необходима при эксплуатации в таких тяжелых условиях. Крепкий пластиковый корпус “Роджера”, то обнажается на две трети, то снова погружается в пучину волн по красную линию привального бруса, идущего вдоль всего надувного борта лодки. Изящно скользя между горами волн, она то вырастает на одной из вершин, то вовсе исчезает на время, чтобы вновь мелькнуть между ними. Надежность лодки обеспечивается 3-мя отдельными особо прочными отсеками с кевларовыми вставками в корпусе лодки. Плюс четыре отдельные камеры баллона высокого давления, вклеенного с внешней стороны корпуса, что дает дополнительную остойчивость и больше полезного места внутри лодки. Вместительный рундук в носу лодки надежно сохраняет вещи сухими. Благодаря правильным обводам и удачным продольным реданам, лодка имеет превосходную мореходность.

Переспорив волны, подходим к причалу г. Кемь. Входя в сгоревшую гавань, “Komandor” нарывается правым бортом на торчащую под водой железную скобу для крепежа бревен. Один из пяти баллонов рвется, “выдохнув” воздух. Но лодка, не осев, продолжает движение и хотя порвана камера у транца; мотор не перекосило, винт исправно молотит воду. Заткнув дыру тапком (кроссовкой), чтобы вода не попадала, привязали лодки за обгорелые бревна. Договорились с архангельскими ребятами с лесовоза о подъеме лодок в машину, которая задерживается.

Стоящее рядом судно заинтересовало нас.

Представляемся:

- Мы - команда “Корсар”, совершаем поход Петербург – Соловки, желаем познакомиться и ступить на борт вашего судна.
- Не верю! – отрезал кэп.
- Что сможет убедить вас?
- Ничего!
- Вы читаете популярные журналы о море?
- Нет!

Тут же захотелось отнять красивое деревянное судно, напоминающее шхуну, с пеньковыми канатами и тяжелыми парусами, у этого надутого болвана, который и журналов не читает. И такой способ убеждения, был бы наиболее эффективным. Тем временем подошла машина: вытянули краном из воды лодки, опустили их в прицеп КАМАЗа. Протерев насухо рваные края дыры, наложили латку изнутри камеры, а через пару часов, когда заправляли баки бензином, наклеили наружную заплату. Так что в Медвежьегорске выгружали краном туго накаченные лодки. Ночевали на золотом пляже города горы-медведя. Часть команды спала в лодках, часть - на берегу в спальных мешках. Утром осматривали лодки и снаряжение, купались и загорали. Завтракали и обедали в портовой столовой – очень понравилось. Уходить совершенно не хотелось...

После обеда решили посетить Кижи - 150 км в сторону Питера. Через некоторое время, мы уже несемся по острым и злым волнам. Они короткие, и на скорости ощущаешь непрерывные удары о корпус лодки. Поэтому приходится скорость снижать, чтобы идти на более комфортном режиме. По пути на несколько минут остановившись у “казанки” с рыбаками и купили окуней на уху. Весь путь занял около 4 часов. Увидев, как мы причаливаем, вышел познакомиться местный милиционер. То да се, правила такие, пожалуйста, не нарушайте. “Что мы дикие? Не будем”. Узнав, что местная “карусель”, скоро закрывается, решаем искать место для ночлега, а поутру на ней “покататься”. Через десяток километров, зайдя за тростник, привязываем лодки за огромную сосну, вытянув их на лежащие поперек бревна, подальше от острых камней. С кормы бросаем якоря, ставим лодки врастяг. Матрос, уронив свои именные часы в воду во время заброски якоря, дотемна веселит нас, ныряя в одежде и разыскивая их. Ночь прошла спокойно, на костре сгорела пара–тройка носков, обгорели чьи-то сапоги и кроссовки. А в остальном все хорошо. Со дна озера зазвенел будильник в часах, утреннее солнце осветило воду, и луч, попав на циферблат, указал их место. Матрос достал часы, убедившись, что утро вечера мудренее. Холодная настоявшаяся окуневая уха прибавила сил.

На пристани музея-заповедника “Кижи” в буфете заказали на завтрак несколько метров вареных сосисок и кофе с круасанами – больше там ничего не было. Дальше - духовная пища: история, архитектура, народное творчество.

Главным объектом Кижского погоста является летняя 22-главая Преображенская церковь (1714 год). “Поражает необычность, почти фантастичность этого многоголовья… Чем больше всматриваешься в эту несравненную сказку куполов, тем яснее становится, что зодчий, создавший ее, - неподражаемый творец форм и мотивов… Перед нами подлинное народное искусство,” - писал известный академик. История не сохранила имен создателей этой церкви, но породила красивые легенды. “Не было, нет и не будет такой!” – сказал легендарный мастер Нестор. Мы с ним согласились, когда осмотрели Кижский архитектурный ансамбль.

Поговорили с местными жителями “за жизнь” и двинули в сторону Питера. Пройдя сотню километров, заметили стаи то ли птиц, то ли дичи. Сезон охоты открыт, и матрос заряжает свой 12-й калибр. Выбрали из стаи одного самца (по словам “охотника”), стрелок занял позицию на носу лодки, которая понеслась за жертвой. Жирная дичь не особо и старалась убегать от быстрого катера, подныривала под него, когда мы приближались. Сухие выстрелы и плевки дроби из ружья поднимали водяную пыль. Такая охота немного утомила нас и дичь. В очередной раз вынырнув из воды, она вдруг остановилась и стала нас ругать, судя по жестам и мимике. В этот момент дуплет дроби в упор снес ей башку. Матрос поднял за шею черно-белый с когтями трофей и показал нам.

- Пингвин, - легко узнали мы добычу.
- Когда приготовлю в фольге со специями - обалдеете, - объявил стрелок-кок-матрос.
- Не пугай! – насторожились мы.

Заправившись с помощью старого знакомого в Вознесенье, нашли удачное место для ночевки на берегу Свири. На костре, меж двух огромных елей и березы булькает похлебка, рядом накрыта скатерть-самобранка, мы в ожидании “дичи”, которой уже давно томиться в золе.

- Ну пора, - сказал кок и начал палкой выкапывать серебренный сверток.

Взял его в руки, как–то неаккуратно сжал, фольга смялась и “блюдо” неожиданно посыпалась черным пеплом и исчезло.

- Ты его кремировал! – не выдержал один из нас.
- Передержал малость, - оправдывался кок…

Утром, накупавшись, пили чай с разговорами. Подплыл на лодочке лесник с кокардой.

- Вы ребят, как пойдете, костерок – то залейте, - беспокоится дед.
- Конечно, зальем.

Костер залили и двинули по Свири. Два шлюза плюс заправка в Лодейном поле, ночевали на “своем” месте, где останавливались в первую ночь. Лодки за остров ставить не стали, а вытянули на берег. Вышли в полдень, решив идти Ново-Ладожским каналом до Невы, посмотреть, что да как. В нужном месте сворачиваем влево и идем мимо какой–то деревни. Канал достаточно широк для прохода катеров, крохотных суденышек и лодок, которые то и дело встречаются. По берегам народ отдыхает, неплохо устроившись. В чистой воде плещет рыба. Ни волны, ни ветра – благодать. Только многочисленные топляки грозят из воды верхушками. Гляди, не зевай. Некоторые верхушки взлохмачены, почесавшись о чей – то борт. Матрос лег на нос лодки с ружьем, желая подстрелить дичь, которая не успевает спрятаться от несущихся лодок. Бах! Бах! Жирные домашние утки стряхивают дробь с перьев и провожают нас недобрым взглядом. Бац! Бац! Выстрелы! Плюх! Плюх! Дробь ложиться рядом с удивленной тощей птицей.

- Ох, блин, эту же нельзя, - беспокоится охотник.

Вдруг канал перекрывает железный понтон, по которому туда–суда проезжают машины.

- Как нам пройти? - спрашиваем барышню, руководящую переправой.
- Все по расписанию, ждите, - во хмелю слегка, говорит она нам.
- А если поправить расписание? – показываем початую бутылку “Гжелки”.
- Так бы и сказали, что вы не частники, а организация.

“Девица” лихо справилась с оборудованием, немного отвернув в сторону понтон и пропустила нас.

- Девушка, а девушка! А как это все называется? – интересуется матрос, отливая из бутылки “плату” за проход.
- Это называется “лава”, а я - вахтенный, - отвечает серьезно барышня.
- А сколько еще таких “Love” до Невы?
- Еще четыре, я вторая, а всего пять, - по военному чеканит она.

В арифметике разбираться не стали.

Весь оставшийся путь до устья Невы занял чуть более четырех часов, плюс полтора часа по Неве. Мы, перегруженные событиями, но счастливые, возвращаемся на родную Фонтанку, швартуясь у нашего фирменного понтона с “танцующим пиратом”. Огромную массу положительных эмоций венчает главная – уверенность в лодках, их добротности. Тест пройден, – лодки можно пускать в продажу!

Джентльмены команды “Korsar”